Визит к миссис Фудзивара пробудил во мне те же смешанные чувства: славная женщина, с только начавшими седеть волосами, она была одной из ближайших подруг матери. Ее заведение располагалось на оживленной боковой улочке: посетители ели за деревянными столами на внешнем дворике с бетонным полом под прикрытием широкой крыши. В основном сюда приходили служащие – в обеденный перерыв и по пути домой, в остальное время дня посетителей было немного.

В тот день я была слегка обеспокоена: закусочную миссис Фудзивара я навещала впервые после того, как Сатико начала там работать. Тревожилась я за них обеих – в особенности потому, что не была уверена, действительно ли миссис Фудзивара так уж нуждалась в помощнице. День выдался жаркий, на улочке толпился народ. Я с облегчением вступила в тень под навес.

Миссис Фудзивара мне обрадовалась. Усадила меня за стол и отправилась за чаем. Посетителей было мало – или же не было совсем, не помню, – и Сатико не показывалась. Когда миссис Фудзивара вернулась, я спросила ее:

– Как моя подруга? Справляется?

– Ваша подруга? – Миссис Фудзивара взглянула через плечо на дверной проем кухни. – Она чистит креветки. Думаю, скоро выйдет. – Потом, словно спохватившись, встала с места и шагнула к дверному проему. – Сатико-сан, – позвала она. – Здесь Эцуко.

Из кухни откликнулся голос. Снова усевшись на место, миссис Фудзивара протянула руку и потрогала мой живот.

– Уже становится заметно. Ты должна теперь особенно беречься.

– Забот у меня не очень-то много, – ответила я. – Живу без хлопот.

– Это хорошо. Помню, когда я первый раз была в тягости, случилось землетрясение, и довольно сильное. Я носила тогда Кадзуо. Он, однако, получился совсем здоровенький. Старайся не слишком волноваться, Эцуко.